Úvod > Navštivte nás > Multimediální průvodci > 3. Masarykovské Československo a Morava 1918 - 1938

Masarykovské Československo a Morava 1918 - 1938

Středoevropská křižovatka: Morava ve 20. století

předcházející kapitola | následující kapitola

Masaryk’s Czechoslovakia and Moravia
Масариковская Чехословакия и Моравия

 

Morava měla v Československé republice 1918 - 1938 bezpečně ukotvené místo a vedle dalších zemí se nijak neztrácela. Současně měla svá jistá a nezaměnitelná specifika, která ji vždy odlišovala. Jedním z hlavních bylo národnostní složení, a to ani ne tak Moravy, jako především Slezska. Zatímco v Čechách tvořili Němci 32 % všech obyvatel a na Moravě 21 %, ve Slezsku to bylo celých 42 %. Proto v r. 1927 nebylo při vytváření zemského uspořádání vzato v potaz historické členění na Moravu a Slezsko, ale byla vytvořena jedna země moravskoslezská, v níž podíl Němců klesl na přijatelných 36 %. Z bývalých statutárních města zůstalo na Moravě jen Brno a Olomouc (obě spojená s předměstími ve Velké Brno a Velkou Olomouc s převahu českých obyvatel) a ve Slezsku Opava. To znamená, že o statut přišla Jihlava, Znojmo, Kroměříž, Uherské Hradiště i Frýdek. 

Morava vedle Čech nikterak nezaostávala v oblasti průmyslové. Pro průmyslový rozvoj měl značný význam těžební průmysl. Kamenné uhlí se těžilo v českých zemích v pěti pánvích, z nichž dvě byly na Moravě a ve Slezsku: ostravsko-karvinská a rosicko-oslavanská. Na jižní Moravě byla též jedna pánev hnědouhelná, kde se na Kyjovsku těžil převážně lignit. Nepatrný rozsah měla těžba ropy; malá naftová oblast se nacházela na Hodonínsku.

V železářském průmyslu byla daleko nejvýznamnější ostravská průmyslová oblast (zejména Třinecké železárny, drátovny v Bohumíně a Vítkovické železárny). Ve strojírenství pracovalo v celé republice na 100 tisíc lidí, na Moravě patřily k nejvýznamnějším První brněnská strojírna a Královopolská strojírna. Mimořádného významu nabývala brněnská Zbrojovka s deseti tisíci zaměstnanci. Významné strojírenské závody byly také na Blanensku (strojírny v Blansku, v Adamově, v Prostějově a v Přerově). Z výroby dopravních prostředků připomeneme výrobu vagónů ve Studénce a v Kopřivnici. Výroba automobilů se postupně soustřeďovala v Tatře Kopřivnice (vyráběla i letadla), osobní a nákladní automobily vyráběla i továrna Wichterle a Kovařík v Prostějově. Postupně se budoval letecký závod Avia v Kunovicích u Uherského Hradiště. Na Moravě také vznikaly zbrojovky ve Vsetíně, v Uherském Brodě, Bojkovicích a ve Slavičíně. V textilním (tradičním) průmyslu pracovalo na Moravě a ve Slezsku v 7 900 podnicích asi 14 000 osob; početné textilní závody vyráběly v Brně a v okolí a v severomoravských okresech. Oděvní průmysl se stával doménou Prostějova a také Boskovic. Kožařský a obuvnický průmysl měl největší podniky v Brně, v Třebíči a především pochopitelně ve Zlíně, kde měla absolutní primát Baťova firma, která ve druhé polovině třicátých let zaměstnávala 38 % všech osob činných v obuvnictví v rámci celé republiky. 

Úspěšná byla snaha o zřízení druhé české univerzity v Brně, jíž se stala Masarykova univerzita zřízená v lednu 1919. První vysokou školou na Moravě po vzniku republiky se však stala Vysoká škola zvěrolékařská v Brně (prosinec 1918). Zákonem z 24. července 1919 se zde ustavila i Vysoká škola zemědělská, takže v moravské metropoli fungovalo pět vysokých škol. V Olomouci zůstala i nadále jen teologická fakulta.

Vedle průmyslu mělo na Moravě stále značný význam zemědělství, a to prakticky na celé střední a jižní Moravě, i když tu agrární strana nedosahovala takového postavení jako jinde. Na moravském venkově jí totiž úspěšně konkurovala Čs. strana lidová. Ve středních a větších městech měli silné postavení národní socialisté, zatímco sociální demokraté a po roce 1921 i komunisté si vydobyli značného vlivu v průmyslových centrech. Jednoznačně na Ostravsku, na Brněnsku, ale bez vlastního Brna a také kupodivu na Vysočině, kde byla jejich centrem Třebíč s Třeští. Sklony ke krajnímu řešení problému prokazovala zejména jižní Morava nejen příklonem ke komunistům, ale od roku 1926 i kladným vztahem ke Gajdově Národní obci fašistické. Ne nadarmo se jediný pokus o převzetí moci českými fašisty v lednu 1933 váže k Brnu.

První republiku nazýváme masarykovskou. Po právu je to důvodem k hrdosti zejména na Moravě. Když pomineme komunistu Klementa Gottwalda, narozeného v Dědicích u Vyškova, byl Tomáš G. Masaryk jediným prezidentem v celé historii Česka s obzvlášť vřelým vztahem k Brnu a jižní Moravě. Není čemu se divit; narodil se v Hodoníně, v Čejči se učil kovářem, v Brně studoval, na prázdniny jezdíval do Klobouk u Brna, dobře poznal Mutěnice a další moravské obce.

English:

Moravia’s place in Czechoslovakia in the years 1918-38 was securely anchored and was not lost alongside other countries in any way. At the same time, it had its certain and unmistakable specifics that always distinguished it. One of the main specifics was the ethnic composition not so much of Moravia, but especially of Silesia. While in Bohemia, Germans accounted for 32% of the population, it was 21% in Moravia and 42% in Silesia. Therefore, in 1927, the historical breakdown into Moravia and Silesia was not taken into account in the formation of the provincial arrangement, but one Moravian-Silesian land was formed, in which the proportion of Germans dropped to acceptable 36%. Of the former statutory cities, only Brno and Olomouc remained in Moravia (both connected with their suburbs in Greater Brno and Greater Olomouc with a greater predominance of Czech residents), and Opava in Silesia. This means that Jihlava, Znojmo, Kroměříž, Uherské Hradiště and Frýdek lost their titles of statutory cities.

Next to Bohemia, Moravia did not fall behind in the industrial area in any way. The mining industry was of considerable importance for industrial development. In the Czech lands, black coal was mined from five basins, two of which were in Moravia and Silesia: Ostrava-Karviná and Rosice-Oslavany basins. One brown coal basin was also located in south Moravia, where mainly lignite was mined in the Kyjov area. Crude oil production was insignificant in extent; a small oil area was located in Hodonín. The industrial area in Ostrava was of much more importance in the iron industry (especially Třinec Ironworks, Bohumín Wire Works and Vítkovice Ironworks). About 100,000 people worked in the engineering industry across the country, the First Brno Machinery and the Královo Pole Machinery were among the most important ones in Moravia. The Brno-based Zbrojovka with 10,000 employees took on extraordinary importance. Major engineering plants were also located in the Blansko area (machineries in Blansko, Adamov, Prostějov and Přerov). In terms of production of vehicles, the production of train cars in Studénka and Kopřivnice should be noted. Car production was gradually concentrating in Tatra in Kopřivnice (even aircraft was produced there), passenger cars and trucks were also manufactured by the Wichterle and Kovařík Plants in Prostějov. An aircraft factory Avia in Kunovice near Uherské Hradiště was gradually being built. Ammunition works also emerged in Moravia in Vsetín, Uherský Brod, Bojkovice and Slavičín. In the textile (traditional) industry, about 14,000 people worked in 7,900 enterprises in Moravia and Silesia; numerous textile plants manufactured in Brno and the surrounding areas and in the North Moravian districts. The clothing industry became the domain of Prostějov and Boskovice. The largest enterprises in the leather and shoe industries were in Brno, Třebíč and, of course, mainly in Zlín, where Baťa’s company had the absolute primacy and employed 38% of all employees in the shoe industry throughout the country in the second half of the 1930s.

The efforts to establish a second Czech university were successful when Masaryk University was founded in January 1919. The University of Veterinary Medicine in Brno became the first university in Moravia after the establishment of the Republic (December 1918). An act of 24 July 1919 also established the University of Agriculture, resulting in five universities operating in the Moravian metropolis. Only the Theological Faculty remained in Olomouc.

In addition to industry, agriculture was still of considerable importance in Moravia, virtually in the entire central and south Moravia, although the Agrarian Party did not reach the same position as elsewhere. In the Moravian countryside, it had a successful competitor in the Czechoslovak People’s Party. National Socialists had a strong position in medium-sized and large cities, while the Social Democrats and, after 1921, the Communists gained considerable influence in the industrial centres. Definitely in Ostrava, in the Brno region, but without Brno itself and, surprisingly, also in the Vysočina Highlands, where Třebíč and Třešť were the centre. Especially South Moravia 

showed tendencies towards an extreme solution to the problem not only due to its inclination to the Communists, but from 1926 due to the positive relationship to Gajda’s National Fascist Community. It is not a coincidence that the only attempt of Czech fascists to seize power in January 1933 is tied to Brno. 

The First Republic is called Masarykian. It is rightfully a reason for pride mainly in Moravia. Leaving aside the communist Klement Gottwald born in Dědice near Vyškov, Tomáš G. Masaryk was the only president in the history of the Czech lands with a particularly warm relationship to Brno and South Moravia. It is not surprising; he was born in Hodonín, studied to be a blacksmith in Čejč, then studied in Brno, used to go the Klobouky u Brna on holidays, and he was familiar with Mutěnice and other Moravian towns.

Русский:

В Чехословацкой республике 1918 - 1938 за Моравией закрепилась надежная позиция, она не была незаметной среди остальных регионов и всегда отличалась определенными уникальными специфическими чертами. Одной из главных был национальный состав, причем не столько Моравии, сколько главным образом Силезии. В то время как в Богемии немцы составляли 32 % населения, а в Моравии 21 %, в Силезии это было целых 42 %. Поэтому при формировании земского устройства не было принято во внимание историческое разделение на Моравию и Силезию, и была образована одна Моравско-Силезская земля, в которой доля немцев снизилась до приемлемых 36 %.  Из бывших статусных городов в Моравии остались только Брно и Оломоуц (оба объединенные с предместьями в Большое Брно и Большую Оломоуц), а в Силезии Опава. Это означает, что статус потеряли Йиглава, Зноймо, Кромержиж, Угерске Градиште и Фридек. 

Моравия не отставала от Богемии и в промышленной области. Большое значение для промышленного развития имела горнодобывающая промышленность. Каменный уголь добывался в чешских землях в пяти бассейнах, два из которых располагались в Моравии и Силезии: остравско-карвинский и росицко-ославанский. В Южной Моравии находился один буроугольный бассейн, где в области Кийова добывался главным образом лигнит. В незначительном количестве добывалась нефть; небольшое нефтяное месторождение находилось в области Годонина.

В области черной металлургии самым значительным был остравский промышленный регион (в частности, «Тржинецкий металлургический завод», проволочный завод в Богумине и «Витковицкий металлургический завод»). В машиностроении работало около 100 тысяч человек, одними самых крупных предприятий в Моравии были «Первый машиностроительный завод» в Брно и «Краловопольский машиностроительный завод». Исключительное значение начинал приобретать «Оружейный завод» в Брно, в котором работало десять тысяч человек. Крупные машиностроительные заводы располагались также в области Бланско (машиностроительные заводы в Бланско, Адамове, Простейове и Пршерове). В области транспортного машиностроения следует упомянуть производство вагонов в Студенке и Копрживнице. Центром производства автомобилей стал завод «Татра Копрживнице» (здесь также выпускались самолеты), легковые и грузовые автомобили выпускались на заводах «Вихтерле» и «Коваржик» в городе Простейов. Строился авиационный завод «Авиа» в Куновицах-у-Угерского Градиште. В Моравии строились оружейные заводы в городах Всетин, Угерский Брод, Бойковице и Славичин. В текстильной (традиционной) промышленности в Моравии и Силезии на 7 900 фабриках работало около 14 000 человек; большое количество текстильных предприятий располагалось в Брно и его окрестностях, а также в районах Северной Моравии. Центрами швейной промышленности были города Простейов и Босковице. Самые крупные предприятия кожевенной и обувной промышленности находились в Брно, Тржебиче и, разумеется, в Злине, где ведущее место занимало предприятие «Батя», в котором во второй половине 30-х годов работало 38 % всех работников обувной отрасли в республике. 

Стремление к созданию второго чешского университета увенчалось успехом, и в январе 1919 года в Брно был открыт университет им. Масарика. Первым вузом в Моравии после возникновения республики стал Ветеринарный институт в Брно (декабрь 1918 года). Законом от 24 июля 1919 года в Брно был учрежден Сельскохозяйственный институт, таким образом, в моравской столице работало пять вузов. В Оломоуце оставался только теологический факультет.

Наряду с промышленностью важное значение сохраняло в Моравии сельское хозяйство, которое было распространено практически на всей территории центральной и южной Моравии, и хотя аграрная партия занимала здесь менее значительную позицию, чем в других областях.  В сельских районах Моравии ее успешным конкурентом стала Чехословацкая народная партия. В средних и крупных городах прочную позицию занимали национал-социалисты, в то время как социал-демократы, а после 1921 года также коммунисты добились существенного влияния в промышленных центрах – однозначно в областях Остравы и Бланска (за исключением самого Брно), а также, как это ни странно, на Высочине, где их центрами стали Тржебич и Тржешть. Склонность к крайнему решению проблем проявлялась, в частности, в Южной Моравии, где наблюдались не только симпатии к коммунистам, но и (с 1926 года) положительное отношение к Национальной Фашистской Общине Гайды. Не случайно единственная попытка захвата силы чешскими фашистами в январе 1933 года связана с Брно.

Первую республику мы называем масариковской, и по праву можем этим гордиться, особенно в Моравии. Кроме коммуниста Клемента Готтвальда, родившегося в Дедицах у Вышкова, Томаш Г. Масарик был единственным президентом во всей истории Богемии с особо теплым отношением к Брно и Южной Моравии. И это неудивительно, ведь он родился в Годонине, в Чейце выучился кузнечному ремеслу, учился в Брно, на каникулы ездил в Клобоуки-у-Брно, был хорошо знаком с Мутеницами и другими моравскими селами.

 
vyrobila www.omegedesign.cz